Чтобы зритель зааплодировал с первой секунды

Ренат и Хеда Цакаевы — заслуженные артисты Чеченской Республики, руководители студенческого коллектива ЧГУ «Нийсархой» («Ровесники») и ансамбля песни и танца «Заманхо» («Современник») Департамента культуры мэрии г. Грозного. Ренат родом из Толстой-Юрта, Хеда — из поселка Новые Алды. Оба выросли в Грозном в трудные 1990-е годы. Хеда окончила Чеченский государственный университет и Краснодарский государственный институт культуры. Ренат начал осваивать танцевальное искусство сразу после окончания школы в cтудии ансамбля «Вайнах», куда позже поступила на работу и Хеда. Со временем творческий союз двух артистов перерос в семейный.


— Ренат, Хеда, ваше увлечение танцами началось в тяжелое для Чечни время, когда казалось, что уже ничто не может вдохновить на прекрасное…

Ренат: Танцами я начал заниматься в 1990-е годы, еще до начала военных действий в республике. Правда, меня в то время больше интересовали силовые виды спорта, но близкие люди убедили заняться хореографией. К тому же две мои тети по отцу танцевали в ансамбле «Вайнах» еще с советских времен. Это Зара Цакаева и Элина Алиева. Элина сейчас директор республиканского детского ансамбля песни и танца «Башлам» имени Хасана Алиева, а Зара работает хореографом в Москве, в ансамбле «Зия» (детский хореографический ансамбль имени Зии Бажаева — прим. ред.).

Хеда: У меня тяга к танцевальному искусству была с детства. В школьные годы, это было еще до войны, участвовала в самодеятельности, в кружке при Доме пионеров. А потом пришла война, нарушив привычный, размеренный ритм жизни, и стало не до кружков, школы и вузы не работали. Но мечта танцевать согревала меня, я пронесла её через всё детство и в 20 лет, будучи уже студенткой ЧГУ, начала всерьёз заниматься  хореографией.

20167970

— Где проходили ваши уроки танцев в военном Грозном?

Хеда: Мы занимались в спортзале школы № 8 в микрорайоне Олимпийский в Грозном. Это был муниципальный ансамбль имени Махмуда Эсамбаева. Коллективом руководил Саламбек Абуев — мой первый учитель хореографии. А оказалась я в этом ансамбле благодаря маме. В те годы университетские корпуса лежали в руинах, поэтому занятия по физкультуре студентов ЧГУ проводились в том же спортзале, где проходили уроки танцев. Физкультуру преподавала моя мама. Те, кто учился в университете в Грозном, наверное, помнят ее — Солтамурадову Халипат Мовлаевну. Мама была первой чеченкой, поступившей на спортивный факультет ЧИГУ (ныне ЧГУ) и начавшей преподавать физкультуру в вузе. Сейчас мама кандидат педагогических наук, заведует кафедрой физического воспитания в ЧГУ. И вот, учитель танцев и физрук все время оспаривали этот зал, а однажды мама сказала Саламбеку: «Хорошо, я уступлю вам зал в этот день, только возьмите, пожалуйста, моих детей на танцы» (смеется). И так мы с младшим братом оказались в ансамбле. Мы были счастливы, что нас приняли, ведь молодежи в то время заняться особо было нечем.

20168006

— Чем вас притягивал этот коллектив?

Хеда: Изначально нас завораживала живая музыка, там был живой оркестр. Условий, правда, не было никаких, но мы очень увлеченно занимались. В зале стояла «буржуйка», как у многих в то военное время, большие окна спортзала были затянуты полиэтиленовой пленкой. На улицах всюду были блокпосты, часто была слышна стрельба. Случалось и такое: радикальная молодежь подбрасывала нам записки с угрозами, что если не прекратим заниматься танцами, то они «взорвут нас»… Вот под таким давлением дети и подростки умудрялись собираться там и танцевать. Саламбек хорошо умел сплачивать наш коллектив, за что мы его по сей день очень уважаем и любим. Сейчас у Саламбека Абуева свой танцевальный ансамбль в Шалинском муниципальном районе, называется «Аьрзу» («Орел»), это достойный коллектив.

Ренат: Хотелось бы еще отметить, что Саламбек Абуев всегда был и остается очень справедливым педагогом. У него и сын был в том коллективе, и жена работала гармонистом, и племянники танцевали. Но он никогда не делал поблажек никому. Если ты станцуешь хорошо, он тебя поощрит и справедливо похвалит, если же расслабишься, то непременно укажет и на это. Все это знали. И сейчас мы с Хедой стараемся по его методу работать.

Хеда: В ансамбле имени Махмуда Эсамбаева мы с братом прозанимались где-то полтора года, после чего в 2001 году нас пригласили в возрождавшийся ансамбль танца «Вайнах». Мы поехали в Нальчик, где возобновлял свою работу коллектив.

20167967

— Расскажите подробнее, как воссоздавали ансамбль «Вайнах».

Хеда: Как только в Чечне прекратились боевые действия, наш первый Президент Ахмат-Хаджи Кадыров пригласил известных артистов и сказал, что нужно возродить ансамбль. Танцоров прежнего состава «Вайнаха» война разметала по разным уголкам России. На встречу, которая проходила в столице Кабардино-Балкарии, Нальчике, артисты приехали из Ингушетии, Башкортостана и других регионов страны. Опытных танцоров собралось немного, поэтому было решено, что они составят костяк коллектива. Решили также дать объявление о наборе в ансамбль «Вайнах» новых танцоров, и наша молодежь поехала в Нальчик. И так получилось, что в ансамбле стали работать вместе танцоры старшего поколения и молодые, можно сказать, ребята с улицы, не прошедшие серьезную подготовку.

Ренат: Вот таким образом, в 2001 году, благодаря усилиям первого Президента Чеченской Республики, Героя России Ахмата-Хаджи Кадырова, в Нальчике, в пансионате «Нарт» при содействии Министерства культуры России возобновил свою деятельность наш легендарный «Вайнах». Когда я пришел в коллектив, мне было уже 20 лет. Для сравнения — в советские годы, чтобы попасть в ансамбль «Вайнах», требовалась база, нужно было окончить хореографическое училище или получить высшее образование. А нас отбирали просто по фактуре, по наличию музыкального слуха и т.д.

20167964

— Как долго вы работали в ансамбле «Вайнах»?

Хеда: Мы танцевали в «Вайнахе» до 2004 года, затем перешли в коллектив «Нохчо», где художественным руководителем был Абдула Магомадов, талантливый исполнитель и постановщик классического вайнахского танца. Абдула Махарбиевич дал нам очень многое в профессиональном плане, за что мы ему безмерно благодарны.

Ренат: Во время репетиций Абдула каждому из нас предоставлял возможность выступить в роли педагога, и мы в качестве ассистентов могли наряду с ним проводить репетиции. Все это нам потом пригодилось в жизни.

Хеда: Абдула Махарбиевич щедро делился с нами своим опытом и любил повторять: «Я что, в могилу унесу все эти знания?». Мы уважаем и ценим нашего наставника за его профессионализм, порядочность и человечность и называем его просто Махарбиевич. В 2010 году ансамбль «Нохчо» был реорганизован в молодежный фольклорный коллектив, где возраст участников уже был от 14 до 25 лет, и всем, кто не подпадал под эту возрастную категорию, пришлось расстаться с ансамблем.

Ренат: Это был трудный период в нашей творческой биографии, однако новая работа по созданию самодеятельного студенческого коллектива «Нийсархой» при университете помогла нам пройти и это испытание.

Хеда: Мы восприняли как подарок судьбы предложение обучать танцу молодых ребят. Обошли все факультеты, дали объявление, и к нам потянулись студенты со всего университета. Отобрав наиболее одаренных ребят, включились в процесс и стали работать — без выходных. Уже через год наш ансамбль «Нийсархой» взял Гран-При на межвузовском конкурсе «Студенческая весна».

20167941

— Видела на днях, как зажигательно танцевали ваши воспитанники у главного корпуса ЧГУ, где проходил выпускной вечер. Их очень тепло встречала публика. Как часто «Нийсархой» выступает перед зрителями?

Ренат: Студенческий ансамбль «Нийсархой» наряду со всеми профессиональными коллективами принимает участие во всех важных мероприятиях, проводимых в нашей республике. В основном мы работаем в пределах Чечни, но время от времени наш танцевальный коллектив выезжает на фестивали в другие регионы. Так, осенью 2014 года ансамбль «Нийсархой» выступал на фестивале в Армавире (Краснодарский край), в декабре 2015 года нас пригласили в исторический город Суздаль (Владимирская область) на фестиваль семейных династий «Вера. Надежда. Любовь». Также по приглашению чеченской диаспоры Казахстана в 2013 году наш танцевальный коллектив выезжал в город Актау на празднование Дня единства народа Казахстана. Ансамбль часто выступает и на благотворительных концертах. И куда бы ни поехал наш коллектив, где бы он ни выступал, зрители неизменно встречают его с теплотой и благодарностью.

20168002

— Сколько лет вы руководите ансамблем «Нийсархой» и почему решили совместить вашу работу с профессиональным коллективом «Заманхо»?

Хеда: С университетским самодеятельным коллективом мы работаем уже шестой год. Мы изначально стремились готовить профессиональных танцоров, поэтому ребят, которые начинали делать успехи в хореографии, охотно стали приглашать к себе профессиональные коллективы, и наши ученики переходили к ним. Разумеется, нас это огорчало. А сейчас, когда мы руководим и «Заманхо», студенты не разбегаются по разным ансамблям и остаются с нами. Мы их переводим в профессиональный коллектив и параллельно продолжаем работать в университетской студии, набирая и обучая новичков искусству фольклорного танца. Мы гордимся нашими учениками, к счастью, талантливых ребят у нас много. Рамзан Дзайтаев и Заира Авдуева выступают сегодня в балетной труппе Госфилармонии, Милана Астамирова и Магомед-Хан Косумов — в ансамбле «Вайнах», Ислам Хамзаев, Лезина и Али Хасбулатовы в коллективе «Нохчо». А в «Заманхо» половина состава — выпускники «Нийсархой»: Мадина Арашова, Фатима Гайсуркаева, Малина Сайдул-Алиева, Марина Батыжева, Зарган Ислангириева, Зелемхан Висаргов, Ислам Солсаев, Ислам Магомадов, Зелемхан Хатуев, Исмаил Аюпов, Хамид Махмадов… Уверена, что у всех артистов наших коллективов большое профессиональное будущее.

Мы благодарны Главе республики Рамзану Кадырову, который своим распоряжением направил нас на работу в коллектив «Заманхо», место руководителя ансамбля на тот момент было вакантным. Мы ценим ту заботу, которую проявляет Рамзан Ахматович в отношении творческого сообщества нашей республики. Мы также рады тому, что нам посчастливилось давать уроки фольклорного танца детям Главы республики.

20168028

— Что для вас сложнее — танцевать самим или учить танцу других?

Ренат: Учить хореографии, конечно же, сложнее, это разная мера ответственности. Когда танцуешь сам, ты делаешь это для себя и отвечаешь только за себя, а будучи балетмейстером, отвечаешь и переживаешь за каждого участника коллектива.

Хеда: Когда наш коллектив выступает, то волнуюсь и переживаю так сильно, будто сама танцую за всех. Если же сама я в танце, то включаю ум, тело и концентрируюсь на движении. Несомненно, быть в роли педагога гораздо сложнее.

20168032

— Наверное, терпение — прежде всего, не так ли?

Ренат: Терпение очень важно, люди все разные, у всех свои характеры, свои обстоятельства. Танцоры приходят с разным настроением и в разном состоянии на работу. Мы чувствуем свою ответственность за всё, включая внешний вид и поведение танцоров.

Хеда: Артист, работник культуры — человек публичный. Очень важно, чтобы и за пределами коллектива молодые танцоры вели себя достойно. Наша задача не только обучать танцу, но и прививать молодежи любовь к обычаям и традициям народа. При этом к каждому человеку должен быть индивидуальный подход. Одного необходимо хвалить, чтобы он станцевал еще лучше, а другого — напротив, пожурить, чтобы он проявил большую собранность и хорошо выступил. В общем, ты должен быть не только хорошим педагогом, но и психологом, воспитателем, мамой, папой, если угодно. Нас так и называют наши ученики — мама, папа (улыбается).

20168030

— Как вам удается создавать в коллективе позитивную атмосферу, настроить ребят на танец?

Ренат: Бывает, ведешь репетицию, выкладываешься, а кто-то вяло передвигается в танце. Понимаешь, что не каждый день у людей может быть хорошее настроение. И начинаешь подбадривать ребят: «А ну-ка, рааааз, раз!». К тому же живая музыка помогает танцорам стряхнуть с себя плохое настроение и стресс, они сразу подтягиваются. Порой бывает достаточно просто пошутить, чтобы все оживились, ободрились. То есть очень важно перед тем, как сконцентрироваться на танце, создать вот такой позитивный настрой.

Хеда: Еще очень важно настроение самого педагога. Если руководитель проводит репетицию в плохом настроении, то урок будет таким же плохим. Нам хорошо, мы работаем в паре, это помогает корректировать состояние, балансировать эмоции друг друга, не срываться.

20167974

— Скажите, а дома удается отключиться от работы, отдохнуть от танцев?

Хеда: Никак не удается (смеется). Работа, быт, воспитание двоих сыновей, все вокруг взаимосвязано. Домой приходим и продолжаем говорить о работе, так что, танцы нас и дома не отпускают.

Ренат: Бывает, сидишь, слушаешь музыку и вдруг, где-то в полночь такое озарение находит! Думаешь, вот бы сейчас пойти в зал и поработать с ребятами!

Хеда: Когда мы танцы ставим, сообща ищем ходы, решения. Я дома за весь ансамбль танцую: это движение будет таким, это — вот таким, чтобы не изводить танцоров, когда постановка идет. Придумывать на ходу — тяжело и непродуктивно, на это часы уходят, человек устает. А дома мы вдвоем долго подбираем музыку, отрабатываем движения, и уже на репетиции приходим с домашними заготовками, показываем результат. Готовый кусочек того, что мы сделали.

— Фольклорный танец называют кодом народа, породившего этот танец. Какой код несут в себе танцы народов Кавказа?

Хеда: Код чести, долга, достоинства. Самобытные национальные костюмы танцоров это подчеркивают.

Ренат: Мужчина — воин, защитник, патриот. А девушка в кавказских танцах — сама чистота, скромность и совершенство.

20168046

— Какое напутствие вы как педагоги даете своим ученикам?

Хеда: Мне хочется видеть нашу молодежь продвинутой и образованной, чтобы юноши и девушки шли в ногу со временем, но вместе с тем не теряли связи со своими корнями и чтили память предков. Не устаю призывать учеников, чтобы они изучали традиции и культуру своего народа, интересовались культурой наших соседей по Кавказу, народов всей России. В знании — сила и единение. В тяжелый момент люди сплачиваются и приходят на помощь друг другу. Подтверждение тому — недавние трагические события, выпавшие на долю нашего народа. Нам ведь многие народы помогали и поддерживали нас. Мы должны помнить об этом и быть благодарными.

Ренат: Молодым я всегда говорю: в первую очередь важно быть требовательным к себе, уметь ставить перед собой цели. Если у человека нет цели, то он, на мой взгляд, управляем, им легко можно манипулировать, это небезопасно для юных. Я бы пожелал, чтобы у каждого молодого человека была своя цель, чтобы за его делами и поведением стояли позитивные намерения. Полагаю, это важно: будучи молодым и еще неженатым, задумываться о том, как сложится твоя судьба, думать, на ком женишься, как будешь семью содержать. Я, например, думал об этом, начиная со своих 14 лет.

— Скажите, какие уроки преподнесла вам ваша профессия?

Хеда: Известная в нашей республике хореограф Джульетта Кукишвили, в свое время она была солисткой «Вайнаха», сказала мне как-то: «Ты должна выходить на сцену так, чтобы зритель зааплодировал тебе с первой секунды». Я запомнила эти слова на всю жизнь, и они помогают мне не только на сцене.

Ренат: На самом деле профессия научила нас многому.  Культура — это такая сфера, в которой ты и личностно, и творчески растешь, развиваешься. Ты становишься не только профессиональным исполнителем и педагогом; ты должен уметь ладить с людьми, находить с ними общий язык. Помимо этого, ты должен быть всегда собран, потому что ты на виду. Всё, чего мы в нашей жизни к этому моменту достигли, это благодаря нашей профессии.

ТЕКСТ: Сапият Дахшукаева
ФОТОГРАФИИ: Расул Яричев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *