Край башен и легенд

Горная Ингушетия

Путешествие в горную Ингушетию лучше всего начинать со стороны Военно-Грузинской дороги. Здесь пролегает наиболее удобная магистральная линия в Армхи-Джейраховскую котловину. В районе селений Балта и Чми путнику открываются легкие контуры боевых башен средневековых ингушских селений Фуртоуг и Эзми. Некогда эти башни охраняли мир и покой западных ингушей — джейраховцев.

В бурную эпоху средневековья со стороны Дарьяльского ущелья могла исходить любая военная угроза: Дарьял был основной транспортной артерией, соединявшей север и юг Кавказа, шире — юг Европейской части России с Передней Азией и Ближним Востоком. На этой сравнительно небольшой территории были сосредоточены серьезные геополитические интересы ведущих мировых держав и стран региона. В прежние времена говорили: кто владеет дорогами, тот владеет миром. Именно поэтому в период средневековья на западных рубежах Джейраха ингуши сосредоточили ряд своих укреплений. Первый удар принимала на себя знаменитая сторожевая башня Кур-ГIала, стоявшая в ущелье Терека еще в конце XIX века. Эта изящная пятиэтажная башня достигала 23-х метровой высоты, имела плоскую крышу и высокий парапет. Здесь поочередно несли охрану хорошо вооруженные воины из окрестных ингушских селений, взимая дорожные подати с проезжих. И как только в Дарьяльском ущелье появлялись войска неприятелей, стражники зажигали на башне огонь: ночью пламя огня, а днем поднявшийся дым сигнализировали ближайшим аулам о приближающейся опасности. Согласно бытующим преданиям, эта башня была возведена искусным ингушским зодчим Цуровым из Верхнего Джейраха еще в XVI-м веке. Однако время и люди не пощадили ее…

ингушетия. джейрахский район историко-архитектурный памятник. башенный комплекс эрзи IХ-Х в

Но не только Кур-ГIала была преградой для неприятелей, стремившихся попасть в горную часть Ингушетии. В начале Джейрахского ущелья, в районе замкового комплекса Памат была возведена мощная заградительная стена с различными элементами фортификации. Есть все основания полагать, что именно о ней в первой половине XVIII-го века писал знаменитый грузинский географ Вахушти Багратиони, который, описывая западный район горной Ингушетии — Дзурдзукети, отмечал: «Где же соединяются эти две реки (Кистетская и Дзурдзукская), там между (ними лежит) Джариехи, скала большая, окружающая долину, утесистая, и этим она весьма крепка, и построена (там) башня большая со стеной, подобно крепости».

Главным водным источником в Джейрахском ущелье является река Армхи. Вдоль нее разбросаны основные средневековые поселения западных ингушей. Река берет свое начало на склонах горы Шан, достигающей высоты 4451 м. Эта самая высокая точка на территории Ингушетии. Грандиозная белоснежная вершина горы навсегда скована льдом.

dzhejrahskoe-ushhele

Самым крупным башенным поселением в ущелье реки Армхи является Эрзи. В переводе на русский Эрзи означает «орел». Согласно старинным ингушским преданиям, это поселение было основано там, где в незапамятные времена орел свил гнездо. В местном святилище вплоть до начала XX-го века хранилась бронзовая фигура орла, на которой была выбита староарабская вязь. Этот экспонат, получивший название «Орел Сулеймана», был датирован VIII веком нашей эры и сегодня является одним из главных экспонатов Государственного Эрмитажа в Санкт-Петербурге. (В 2013 году в Государственном Эрмитаже состоялась торжественная церемония передачи копии бронзовой фигуры орла Ингушскому Государственному музею краеведия им. Т. Мальсагова).

img_4565

О башенном комплексе Эрзи и его обитателях можно говорить долго. Ограничимся лишь некоторыми фактами. Начнем с того, что сами размеры поселка, можно даже сказать города, производят большое впечатление. Его площадь — свыше 60 гектаров. Здесь можно увидеть около 100 архитектурных объектов, включающих боевые, полубоевые и жилые башни, святилища разнообразных форм, наземные, полуподземные и подземные склепы. Считается, что в Эрзи изначально насчитывалось 16 боевых башен, ныне же их 8. Жилых башен здесь также немало: сегодня можно насчитать порядка 50. Кстати, в Эрзи когда-то жил и созидал знаменитый средневековый зодчий Янд. Это был незаурядный человек, или, как его называли ингуши, «тIоговзанч», т.е. «искусник камня». О нем слагали песни-илли, его трудом восхищались. Широко известна ингушская героическая песня-илли о строительстве боевой башни в Джейрахе. Главным ее героем и является наш Янд.

erzi

Перемещаемся на восток, в соседнее Ассинское ущелье — в долину ГIалгIайче. По мнению многих ученых район ГIалгIайче — колыбель ингушского народа, ее истории и культуры. Здесь сосредоточены основные религиозно-культовые памятники горной Ингушетии, относящиеся к раннесредневековому периоду. Главный среди них — храм Тхаба-Ерды, датируемый IX в. н.э. Это один из древнейших памятников христианства на территории России.

В Ассинской котловине и в боковых ущельях расположены крупные средневековые города-поселения, такие как Таргим, Эгикал, Хамхи, Пялинг, Ний, Цори. Столицей же горной Ингушетии для периода средневековья обычно называют Эгикал. Это же поселение являлось важным культурно-экономическим и политическим центром страны галгаев (ингушей).

Эгикал структурно состоит из 50 жилых, 6 полубоевых и 5 боевых башен. Здесь же можно наблюдать большое количество разнотипных склепов (их около 40) и святилищ. Интересно, что в советское время археологами в окрестностях Эгикала были открыты и изучены каменные ящики куро-аракской археологической культуры, относящиеся к концу III тысячелетия до н.э., а также полуподземные склепы эпохи средней бронзы. Не менее интересны и так называемые циклопические сооружения из огромных каменных глыб, выстроенные, согласно ингушским преданиям, великанами дэви в далекие незапамятные времена. Принято считать, что именно циклопические постройки послужили прототипами для будущих жилых и боевых башен ингушей.

Венцом средневекового ингушского зодчества и строительного дела, конечно же, являются боевые башни с пирамидально-ступенчатой крышей, прошедшие в своем развитии все этапы эволюции — от жилых к полубоевым, а от полубоевых уже к боевым. Именно таким башням посвящена упомянутая мной выше ингушская песня-илли о строительстве боевой башни в Джейрахе. Песня эта удивительна. Она пронизана поэтикой и торжественностью, словно из глубины веков доносится до нас эхо минувшей эпохи. Становится очевидным, насколько непростой была задача возведения уносящегося ввысь стройного здания при малом его основании в крайне сжатый период времени — за 365 дней. И эта задача была блестяще выполнена!

В период средневековья ингушские зодчие строили как у себя дома, так и далеко за пределами родных мест. Их талантливыми руками возведены, в частности, изящные боевые башни в с. Даргавс (башня Мамсуровых, Северная Осетия), с. Це-Кале (Чечня), с. Ахиели (Грузия). Известно, что кровная месть не распространялась на мастеров-строителей, их почитали как святых и называли  «къаман нах» («достояние народа»). В горной Ингушетии были целые фамилии потомственных строителей. Это Барханоевы, Ханиевы, Ахриевы, Цуровы, Льяновы и т.д. Мастера умели возводить не только жилые «гIала» или боевые башни простых форм, но и постройки многосложной архитектуры. К последним, безусловно, относятся так называемые боевые башни с пирамидально-ступенчатой крышей («вIов»). Их в горной Ингушетии сегодня сохранилось около 50, хотя в ранние времена было порядком больше. В пределах данной зоны названные башни немного различаются по своей конструкции. Эти расхождения, конечно, не столь значительны, но они присутствуют. Так, в очерченном ареале можно найти башни как с рельефными изображениями на фасадах, так и с гладкими фасадами без какой-либо орнаментации или декора. Есть пятиэтажные и шестиэтажные боевые постройки. Последние, например, засвидетельствованы около селений Эзми, Джейрах, Пхьамат, Лежги, Морч, Карт, Дошхакле, Озиг, Ний. В высоту эти сооружения достигают до 30 метров и более (Морч, Лежги). Особенно красивы башни Хутиевых (с. Лежги) и Картоевых (с. Кхарт). Они изящны, стройны и монументальны.

Другой тип боевых башен — с изображениями так называемых крестов-голгоф, можно встретить во многих районах горной Ингушетии, причем как в долине реки Армхи, так и реки Асса и ее притоков. В частности, они отмечены в сёлах Хяни, Лейми, Озиг, Эгикал, Таргим, Пялинг, Ний, Керби, Голи. Было подобное изображение и на боевой башне селения Эзми, еще до 1944 года украшавшей район Дарьяла и ущелье реки Терек. За пределами горной Ингушетии изображение голгофы встречено на фасаде боевой башни в Малхиста, в Чечне.

На некоторых ингушских постройках средневекового зодчества можно наблюдать декор в виде ромбической выкладки. Такие ромбы украшали фасады боевых башен с пирамидальным завершением в селениях Карт и Ний. Этот тип декорирования формировался путем тщательной и искусной выборки камней, причем делалось это мастером-строителем «тIоговзанч» еще во время возведения башни.

ts2_0085

Несколько слов о структурно-функциональных характеристиках ингушских боевых башен. Первый этаж («гIат») служил тюрьмой для пленников и местом хранения сельскохозяйственных припасов. Для этих целей «гIат» оборудовался специальными конусовидными каменными «мешками» — отсеками по четырем углам башни («ларам»). Попасть в него можно было только через лаз со второго этажа. Вход в башню обычно располагался на уровне второго этажа и представлял собой сводчатый дверной проем, закрываемый изнутри прочными деревянными ставнями и запираемый на деревянный брус, который вдвигался в толщу стен.

Второй этаж служил жильем для семьи на случай штурма башни. Над ним так же, как и над верхним этажом, строились каменные перекрытия в виде сомкнутого (четырехстороннего) каменного ложного свода стрельчатого очертания. Специалисты считают, что такое перекрытие, в отличие от деревянного, нельзя было поджечь, если осаждавшие врывались внутрь, а осажденные запирались наверху.  Остальные этажи были разделены деревянными перекрытиями, опирающимися на выступы-ниши и специальные каменные карнизы-полки. Сообщение между этажами осуществлялось через люки, оборудованные в углах башен, по приставным лестницам. Проходы между этажами часто располагались зигзагообразно.

Начиная со второго этажа, на каждом имелись световые окна, боевые ниши (бойницы) и смотровые щели (глазки). Устройство бойниц («топан Iурьгаш») велось таким образом, чтобы по возможности охватить все подступы к башне. На уровне последнего (5-го или 6-го) этажа, являвшимся главным обзорным пунктом и одновременно — главной боевой площадкой, в средней части каждой из стен устраивались сквозные створчатого очертания ниши — амбразуры. Они прикрывались специальными каменными навесными балкончиками — машикулями («чIерх»). Верхняя часть амбразуры оставалась открытой для наблюдения.

Крыша пирамидально-ступенчатых башен ингушей («сигал тхов») обычно состояла из 12—16 сланцевых плит («акъ») и завершалась крупным конусовидным камнем («дзогал»). Обычная высота последнего составляла от 50 до 70 см. Стоимость его установки равнялась стоимости быка. Возведение крыши таких башен являлось опасным занятием, и поэтому мастер после успешного завершения дела требовал у хозяина башни так называемую «спускную плату». В целом строительство боевой башни обходилось заказчикам до 80 коров (для сравнения: стоимость строительства склепа равнялась стоимости 15-20 коров).

Ингушские боевые башни поражают своим строгим изяществом и монументальностью. Они демонстрируют высокий уровень развития архитектуры народа в прошлом. Признавая большую роль ингушских мастеров-строителей башен в средневековом зодчестве Кавказа, известный кавказовед, доктор исторических наук Е.И. Крупнов в 1960-е гг. писал: «Ингушские башни для своего времени были подлинным чудом человеческого гения, как для нашего столетия новые шаги человека в небо».

targim

В настоящее время горная Ингушетия является районом активного развития туристической индустрии. Тысячи и тысячи туристов со всех концов России, а также стран ближнего и дальнего зарубежья посещают этот уникальный историко-культурный оазис. Есть все основания полагать, что ингушский участок 102-го Всесоюзного туристического маршрута, некогда успешно функционировавший здесь в советский период, уже в новом обрамлении приобретет былую славу и будет манить своими загадочными памятниками архитектуры, чистым альпийским воздухом и красотой девственной, первозданной природы.

ТЕКСТ: Умалат Гадиев, Заместитель директора Археологического центра им. Е.И. Крупнова, Республика Ингушетия
ФОТОГРАФИИ: Саид-Хусейн Царнаев, Тимур Агиров

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *